День Академии
Проекты
/ Проекты

Дети Войны

Эхо войны… Эхо. Заглядываю в словарь – «эхо – отражение звука, отголосок». «Голос» Великой Отечественной войны настолько силен и грозен, что его отражение до сих пор звучит в сердцах и душах миллионов наших сограждан. В самом слове «война» слышится этот звук. И звук этот – вой. Вой, который вобрал в себя и плач ребенка, и рыдание матери, и последние слова умирающего солдата, и свист пуль, и залпы орудий, и стон земли, истоптанной вражескими сапогами.

В нашей стране не найти человека, которого бы не коснулась эта великая и страшная война, нет такой семьи, в которой бы не хранилась бережно память о тех далеких и жестоких годах. В истории нашей семьи тоже есть такие страницы.

Я никогда не видела своего прадеда Файзулина Тагира, но пока был жив мой дед Файзулин Гульметдин, я успела услышать о том, как воевал прадед, о том, как жили в деревне в годы войны и в послевоенные годы. Мой прадед прошел всю войну: от Смоленска дошел до Берлина и получил медаль «За взятие Берлина». Писем от него ждать не приходилось: он не умел писать. Но все же два раза за 4 года почтальон постучался и в маленький домик на самом краю села, где жил мой дед с младшей сестрой и матерью. Оба письма были написаны сослуживцами по просьбе прадеда. Первое пришло из Смоленска, последнее получили из Польши, уже к концу войны. Мол, жив, здоров, скоро возьмем Берлин и вернусь домой. Но вернуться из Берлина ему не удалось. Прямо из Германии отправили солдат в Манчжурию, и только после взятия Порт – Артура мой прадед вернулся домой. Конечно, я многого не знаю, да и прадед, говорят, был немногословен. Он был просто солдат, который защищал свою землю.

Прадед воевал, а его семье приходилось выживать в тяжелейших условиях. И самыми страшными годами были не военные, а послевоенные. Война не хотела сдавать своих позиций и пыталась отыграться на самых слабых – на детях. Дети войны. Это их чистые сердца и души опалила война, это им пришлось вынести все тяготы военного и послевоенного времени наравне со взрослыми. Война не умеет отпускать, поэтому наложила свой отпечаток и на жизнь моего деда.

Когда закончилась война, ему было всего 6 лет. Страшный голод. Конец августа 1945 года. Все, кто остался жив, вернулись с фронта, а отца все не было. Похоронки тоже не было, известия о том, что пропал без вести, тоже не было. А значит, была надежда на возвращение. Мать все время была на работе, а мой дед, оставляя пятилетнюю сестру дома, пытался добыть хоть чего-нибудь, что можно было есть. Дальний овраг, где в конце лета еще можно было найти старую крапиву и лебеду, он облюбовал давно. Из крапивы мать сварит щей, а лебеда пойдет на хлеб. Нарвав охапку травы, отправился домой. От голода кружилась голова, сил не было, но до калитки дома он все же дошел. Больше ничего не помнил, очнулся в пустой комнате и не понял, что же с ним произошло. Узнал об этом, только когда вернулся с фронта отец. Мать плакала и рассказывала о том, что в тот день заметила, что сын начал опухать от голода. Потрогала припухшее лицо и достала неприкосновенный запас: кусок хлеба, испеченного из мякины вперемешку с лебедой и велела съесть. Самой надо было бежать на работу. Когда в обед прибежала проведать детей, увидела, что у калитки лежит сын с охапкой травы в руках, а рядом плачет дочь. Опухали от голода в то время многие, но не многие выживали. Мой дед выжил, а потом вместе с отцом косил сено, заготавливал дрова, пас скотину и ходил работать на колхозные поля. Откуда только брались силы.

Трудно даже представить, что испытал мой дед, когда однажды услышал, что в деревню пришли немцы. Немцы! Страшное слово. Зачем они пришли? Ведь война закончилась! Это были пленные немцы, строившие дорогу на Самару. В ближайшие деревни они заходили, чтобы попросить еды. Их, жалких, худых, оборванных, грязных, многие женщины, потерявшие на войне отцов, мужей и сыновей, прогоняли с криком со двора. А они все шли, шли в надежде на доброе женское сердце. Порой они видели сочувственный взгляд и дрожащими руками, опустив глаза, брали протянутую им пареную тыкву или пару вареных картофелин. Женские сердца не ожесточились, не стали черствыми даже после пережитого, потому и жалели этих людей. Ведь еду, которую отдавали немцам, «отрывали» от семьи.

Дети, собираясь гурьбой, бегали посмотреть, как работают немцы. Однажды мой дед прибежал домой и, войдя во двор, увидел странную картину. На крыльце дома сидел его отец, а рядом – немец. Они – 4 года, пытавшиеся уничтожить друг друга – сидели рядом и курили. Курили и молчали. Докурив самокрутку, немец достал из-за пазухи сверток. Бережно развернул его и что-то показал отцу. Немец! Страшный человек! Но детское любопытство берет свое. Мой дед подбирается поближе и заглядывает через плечо отца. С помятого снимка улыбаются дети. Дети, которых этот немецкий солдат никогда не увидит. Он даже не знает, живы ли они. Немец плакал. Плакал как ребенок и вытирал рукавом слёзы! И это человек, который в июне 1941 шел убивать советских людей! Мать с недовольным видом вынесла небольшой узелок, видно, что с едой. Когда немец ушёл, мать ругала отца, а он сказал, что теперь это не солдат, это просто несчастный человек, который будет доживать свой век на чужбине, так и не узнав, что стало с его семьей. Старая помятая фотография детей – все, что у него осталось в жизни. Немец приходил еще несколько раз, но дорога строилась и уходила все дальше и дальше. Немцы навсегда ушли из жизни маленькой деревушки.

Немцы ушли, а эхо войны все так же горестно отзывалось в сердцах людей. Но жизнь продолжалась и надо было её налаживать. Дедушка мой пошел в школу, когда ему было уже 9 лет. Закончил семилетку и решил учиться дальше: ездил на попутках за много километров в среднюю школу, потом жил там в интернате. Школу окончил и захотелось продолжить учебу в институте. Чтобы жить в городе, нужны были деньги, и он пошел работать. Устроился на сахарный завод в соседней области, куда добирался на «крышах» вагонов проходящих поездов, потом пионервожатым в школе родного села.

В тяжелые военные и послевоенные годы мой дед, будучи ребенком, часто мечтал о том, чтобы было много хлеба. Какой же ребенок в те годы об этом не мечтал! Да, вот такой была его мечта, и он о ней не забыл. Для учебы выбрал сельскохозяйственный институт, куда и поступил на агрономический факультет. Отслужив три года в армии и окончив институт, дед пошел работать агрономом. Его мечта исполнилась. Он выращивал хлеб! Выращивал с любовью и отдавал этому делу всего себя. Наверное, потому и был отмечен за свою работу орденом «Знак Почета». В уже далеком для нас 1972 году мои дедушка и бабушка поехали в Москву на ВДНХ, где в огромном светлом павильоне красовался золотистый сноп пшеницы, выращенный руками моего деда.

Дети войны…Это люди, которые вели свою «войну» против чудовищной машины фашизма. Их оружием была удивительная способность переносить жесточайшие испытания. Пережив войну, голод, разруху, потерю близких, они нашли в себе силы вырасти добрыми, скромными, трудолюбивыми. Они рано повзрослели и трудное детство не прошло бесследно. Может быть поэтому сегодняшние трудности они переносят легче, чем мы, современное поколение, привыкшее к комфорту.

Дети и война понятия несовместимые, но эти дети все выдержали, все пережили. Это истинная победа человеческого духа над страхом, горем и бесчеловечностью.

Все дальше в прошлое уходит Великая Отечественная война. Конечно, есть литература, документы, которые отражают самопожертвование и стойкость народа, рассказывают о судьбах народа, неразрывно связанных с судьбой страны. Однако все меньше и меньше остаётся живых очевидцев тех страшных событий, и совсем скоро у нас не будет возможности услышать устный рассказ о пережитом, а значит, мы не сможем почувствовать прикосновения к «живой» истории нашего народа, нашей страны, горький опыт тех лет забудется. Этого нельзя допустить! Надо торопиться, торопиться запечатлеть в памяти все, что еще можно услышать и узнать. Время, уходя, забирает с собой не только живых, но и вещественных свидетелей: выцветают фотографии, рассыпаются полуистлевшие письма и дневники, исчезают семейные архивы. Именно поэтому надо хранить не только историю страны, но и историю семьи. Хранить как драгоценность, как духовную ценность, на которой строится будущее новых поколений.

Победа в Великой Отечественной войне была одержана не только благодаря умелым действиям военачальников, но и мужеству, патриотизму, стойкости и великой силе духа всего народа. В строй встали не только солдаты, но и старики, женщины и даже дети. В тылу, не щадя сил и здоровья, забывая о еде и сне, ковали Великую Победу миллионы людей. Именно тыл был вторым фронтом, открытым еще в 1941 году сверхчеловеческой работой женщин, стариков и детей.

Рассуждая об этом, я спрашиваю себя: а имею ли я право рассуждать об этом? Могу ли давать оценку тому, что происходило в то далекое жестокое время? Ответ приходит сам собой. Я не имею права не рассуждать. Не имею права не знать и не думать об этом. Потому, что должна знать, какой ценой завоевано счастье. Какой ценой завоевано мирное небо над моей головой.

Наше поколение не видело войны, но мы знаем о ней. Но знать мало. Необходимо извлечь уроки из нашей истории, которые могут помочь человечеству объединить усилия для решения глобальных проблем, от решения которых зависит будущее всех стран и народов.

Я горжусь тем, что мой прадед воевал за то, чтобы я сейчас могла жить в мире и получать образование. Горжусь тем, что война не сломала моего деда, а напротив, сделала его сильным духом, упорным, волевым и, вместе с тем, добрым человеком. Память о них я сохраню навсегда в своем сердце.

Ганидинова Алсу 

ГМУ, 111 группа,  2019 г.



Контакты

Схема проезда
Схема расположения корпусов
Справочная служба
Многоканальный телефон:
8-800-234-84-64

Телефон: (8452)65-34-92
E-mail:
piuis@piuis.ru
info-piu@ranepa.ru

Пресс-служба
410031, г. Саратов, Ул. Соборная, 23/25, к. 136
Телефон: (8452)65-35-97
E-mail:
analit@piuis.ru
analit-piu@ranepa.ru
Приемная комиссия
410012, г. Саратов, Ул. Московская, 164, к. 155
Телефон: 8-800-234-84-64
(8452)65-37-30
E-mail: priem-piu@ranepa.ru

Президентская академия – национальная школа управления